• Increase font size
  • Decrease font size
  • Default font size
  • default color
  • red color
  • green color
Настройки
Шляпа

В то утро я и мой друг, профессор Елагин, успешно поохотились на тетеревов. Стало припекать солнце, и мы устроили большой привал.

На лесной поляне, возле ручейка, развели костер, вскипятили котелок, долго закусывали, пили чай, пахнущий дымком, беседовали о разных делах.

Октав, лежавший у костра, вдруг потянул носом, отрывисто фыркнул, поднялся и пошел к кромке поляны, к молодым деревьям.

Он стал у елочки с опущенными к земле нижними ветками, напряженно скрючился, вытянул заднюю лапу.

– Стойка? – удивленно сказал профессор. – Что же это значит?

Октав повернул к нам морду. Вопросительно посмотрел: «Что ж вы? Я ведь стою. Идите сюда! Тут что-то есть!» Елагин потянулся к ружью. Место для дичи было неподходящее. Мы уже добрый час шумели у костра. Какая птица это выдержит? За Октавом водился один грешок: стойки на ежей. Мне и подумалось, что сработан еж. Я засмеялся, оказал профессору:

– Оставьте ружье, эту дичь я вам в шляпе принесу.

Шляпа у меня широкополая, наподобие головного убора мексиканских ковбоев, сделана по особому заказу. В ней удобно стрелять против солнца. Надвинешь на лоб и палишь как из-под навеса.

Держа шляпу наготове, я шагнул к собаке, опустился на колени, осторожно раздвинул ветки елочки – и сердце захолонуло: филин! Он сидел у ствола, прижавшись к земле, втянул голову и смотрел на меня круглыми, выпуклыми, по-хожими на огромные луковицы, глазами.

Я с детства не люблю эту птицу. Встречи с ней всегда неприятны. Казалось, если крикну Елагину или шевельнусь, чтобы встать, филин долбанет меня клювом или всадит в лицо свои страшные когти. И еще потому нельзя было отступать, что знакомый директор средней школы давно просил добыть эту птицу: ему нужно было чучело для зоологического кабинета. Теперь передо мной сидел прекрасный экземпляр для будущего чучела.

Дрогнув на мгновение, я нахлобучил шляпу на филина. Надо было крепко держать за поля, навалиться грудью на хищника – и конец! А я отдернул руки, словно прикоснувшись к чему-то гадкому, обжигающему. И филин взлетел, неуверенно махая короткими крыльями. Шляпа точно прилипла к крупой голове птицы. Он набирал высоту и уносил мою драгоценную шляпу. До сих пор не могу понять, как филин не разбился о деревья.

Елагин хохотал, держась руками за грудь.

– Это же бесподобно! – говорил он сквозь смех. – Я же стрелять не мог: боялся изрешетить шляпу. Ах, почему я не взял фотоаппарат! За снимок в «Огоньке» премию могли дать...

Октав виновато помахивал хвостом. В собачьих глазах я прочел: «Извини, хозяин! Кто ж его знал, что тут сидела такая кикимора!»

Шляпу мы долго искали. Нашли в можжевельнике, в сотне шагов от места происшествия. Она ничуть не пострадала.

По дороге к дому профессор сказал:

– Вы непременно должны написать рассказ для детей: «Филин в шляпе». Только ничего не надо убавлять и прибавлять: опишите все, как было.

Вот я и написал, как было...

 
< Пред.   След. >